Сергей Борткевич - биография и творчество композитора

Виолончель, с ее мягким бархатным тембром, иногда густым и насыщенным, а иногда – прозрачным и летучим, словно полярное сияние, напоминает звучание человеческого голоса. Неудивительно, что композиторы часто доверяют этому инструменту свои самые интимные, самые сокровенные чувства. Действительно, стоит закрыть глаза – и уже непонятно то ли музыка звучит, или исповедь сердца близкого человека.

Есть такие страницы и в музыке Сергея Борткевича (1877-1952), композитора-эмигранта, харьковчанина, который вынужденно стал гражданином Австрии.

Казалось, судьба была благосклонна к молодому одаренному музыканту. Он родился в зажиточной семье, имел возможность обучаться в консерваториях Санкт-Петербурга и Лейпцига, затем переехал в Берлин, где блестяще проявил себя как пианист и композитор. Первым жестоким ударом для музыканта стала Мировая война 1914-1918 годов. Сергея Борткевича с женой Елизаветой депортировали из Германии. Через Швецию и Финляндию они добрались до Санкт-Петербурга, а впоследствии и до родного Харькова. Ситуация, в которой оказался композитор была крайне сложной. На смену Первой мировой пришла война гражданская. Родовое имение ограбили большевики, композитора даже арестовали, но потом, все же, отпустили. Худшего удалось избежать. Поступления от продажи нот прекратились, ведь все ранние сочинения Борткевича были опубликованы немецкими издательствами. Новые композиции писались «в стол». Спасала только педагогическая деятельность и, местами, концерты, за которые часто платили даже не деньгами, а продуктами питания.

При первой же возможности супруги Борткевич выехали в относительно спокойный Крыма. В Ялте они сняли квартиру, композитор арендует фортепиано и продолжает писать музыку. Однако передышка оказалась недолгой. Ситуация на фронте изменилась. Композитор не имел ни возможности, ни желания возвращаться в «красный» Харьков, поэтому единственным путем стал побег морем. Пожалуй, это была самая длинная ночь в жизни Борткевича – в ноябре 1920 года, на портовом причале, в ожидании возможности попасть на борт какого-нибудь из кораблей, направлявшихся в Турцию. И только утром следующего дня им это удалось. В кармане было 20 долларов, с собой только самые необходимые вещи. И, конечно же, рукописи своих произведений.

В Стамбуле композитор с удивлением обнаружил, что ноты, опубликованы еще до войны в Германии, продаются в местных музыкальных магазинах. В одном из них он просто сел за рояль и устроил импровизированный концерт. Греческий скрипач, который в то время находился рядом, был очень удивлен талантом Борткевич и посоветовал тому обратиться к придворному пианисту султана, господину Илегея. Это стало первым шагом к признанию – композитор преподает теорию музыки для учащихся Илегея, налаживает контакты в дипломатических кругах. Впоследствии желающих учиться стало столько, что Борткевич вместе с другим пианистом, одесситом Баршанским, основал собственную частную консерваторию! Однако художественная жизнь столицы Османской империи было относительно бедной. Композитор всем сердцем стремился вернуться в Европу. В письме от 20 мая 1922 года к своему другу, голландскому пианисту Гюго ван Далену Борткевич жалуется: «в этом году я написал лишь три пьесы для виолончели. Очень уставший и перегруженный преподавательской деятельностью!». Не удивительно, что вскоре после того музыкант покинул Стамбул и переехал в Австрию.

Восточный колорит никак не отразился в музыке упомянутых трех виолончельных пьес. Романс, Гавот и Вальс – типичные образцы европейской романтической миниатюры для сольного инструмента в сопровождении фортепиано. Кусочек той Европейской культуры, по которой композитор так скучал. Стоит отметить, что в этих пьесах Борткевич обращается к виолончели не в первый и не в последний раз. Еще в годы Первой мировой войны, в Харькове композитор создал Концерт для виолончели с оркестром. Позже, уже в Австрии, он пишет Сонату для виолончели и фортепиано, а в период непродолжительного переезда в Берлин (1929-1934 годы) Сюиту для виолончели соло. В столице Германии композитор возвращается к своим трем ранним «стамбульским» пьесам. Благодаря искусной оркестровке фортепианного сопровождения произведения расцветают новыми красками и вызывают живой интерес – вскоре после создания их исполняют на концертах и даже транслируют по радио Берлина. К сожалению, напечатать цикл для виолончели с оркестром не удалось. Он так и остался в рукописи. Ноты хранились в архиве Общества Борткевича (Bortkiewicz Gemeinde), союза, основанной в 1947 году поклонниками музыки композитора. В первый понедельник каждого месяца (кроме лета) Общество устраивало концерты, где исполнялись вокальные, инструментальные, камерные и даже оркестровые произведения композитора.

Постепенно, особенно после смерти Борткевича, интерес к его творчеству спадал. Музыку композитора играли все реже и, наконец, фактически забыли. Общество прекратило свое существование в 1973 году. Куда делась огромная коллекция нот доподлинно не установлено. А жаль, потому что в каталоге Общества было немало произведений, которые до сих пор считаются утерянными. Это и опера «Акробаты», и лирическое интермеццо для скрипки с оркестром «Весна и пробуждение Фавна», виолончельная соната и фортепианное трио, циклы вокальных и фортепианных миниатюр и тому подобное. Продолжаются поиски оригинальных рукописей двух симфоний Борткевича, хотя, к счастью, фотокопии этих манускриптов найдено в США, поэтому публика имеет возможность ознакомиться с прекрасной музыкой. Однако остальные произведения все еще ждет открытия.

Этот потерянный клад Общества Борткевича долго смущал исследователя из Англии Малкольма Баллана – не музыканта, но страстного любителя музыки и владельца большой коллекции нот восточноевропейских композиторов. Именно он отыскал большую часть произведений композитора, ноты которых были рассеяны архивами разных стран мира. Некоторые из них по его инициативе были переизданы. А кропотливый труд искателя часто вознаграждается крохой удачи. Например, Баллан совершенно случайно наткнулся в букинистическом магазине на каталог коллекции Флейшера в Свободной библиотеки Филадельфии и даже не сразу заметил, что в приложении есть упоминание о фотокопии симфоний Борткевича, поиски которых продолжались десятилетиями.

В дальнейших поисках Баллан обратил внимание, что среди учредителей Общества Борткевича был Бернгард Герцмански – владелец одного из крупнейших австрийских музыкальных издательств, Musikverlag Ludwig Doblinge. Более того, собрание Общества иногда происходили в помещении издательства. Не удивительно, что в его архивах в 2004 году, действительно, выявили отдельные рукописи: три пьесы для струнного квартета и фрагменты различных фортепианных произведений. А еще  – одни титульные страницы нескольких партитур и клавиров, которые так долго искали исследователи музыки художника. Остальное материала исчезла без следа. Потерялись и ноты пьес для виолончели с оркестром. В архиве хранятся только три страницы – отрывок партитуры Вальса. И никаких зацепок для дальнейшего расследования.

фрагмент произведений Борткевича

Фрагмент партии первой скрипки ‘Романса’ С.Борткевича (Библиотека Мюнхенской Высшей школы музыки и театра)

Шли годы бесплодных поисков. Вдруг на помощь снова пришла случайность. Охотясь на совсем другие материалы в сети интернет, Баллан случайно наткнулся на онлайн каталог Мюнхенской Высшей школы музыки и театра. Без особой надежды, скорее по привычке, ввел в поисковое поле запрос «Bortkiewicz» и... не поверил своим глазам. Там были ноты Романса для виолончели с оркестром – первой из трех пьес, которые так долго «прятались». Куда делись два других, установить не удалось. 

В ходе переговоров с библиотекой Мюнхенской Высшей школы оказалось, что рукопись попала туда из архивов Мюнхенской консерватории имени Г. Штрауса после объединения этих учебных заведений в 2008 году. Как манускрипт оказался в консерватории сейчас установить практически невозможно. А жаль, ведь это могло бы помочь в дальнейших поисках. Более того, выяснилось, что в Мюнхене хранится даже не партитура, а комплект оркестровых голосов (еще и без партии виолончели соло).

Впрочем, даже этого было достаточно. Вариант произведения с фортепианным сопровождением был опубликован еще в 1924 году, поэтому партию, которой не хватало, можно было «позаимствовать» оттуда. А свести голоса в единую партитуру – дело времени, желания и элементарных профессиональных навыков. Небольшим квестом стало исправление ошибок и неточностей, появление которых почти неизбежно в нотных рукописях. Но и этот этап уже в прошлом. 

Несмотря на нелегкую ситуацию, в которой оказался Сергей Борткевич во времена написания цикла, Романс сохраняет светлый, мечтательный общий настрой, который вообще присущ музыке композитора. Лишь взволнованный средний раздел привносит тревогу в беззаботной до того рассказ. Тоска по утраченной Родине, боль и страдания прорываются наружу. Напряжение растет и достигает своего пика в кульминационном эпизоде – монологе-речитативе виолончели соло, настоящий исповеди, после которой звучат успокаивающие реплики оркестра, возвращают солиста и слушателей к начальному просветленного состояния. Последние прозрачные звуки пасторального фа мажора растворяются в воздухе...

Музыка вдохновляет! И верится, что со временем будут найдены две другие пьесы для виолончели с оркестром. Музыка Сергея Борткевича будет звучать на Родине художника во всем жанровом многообразии звуковой палитры и найдет своего благодарного слушателя.

Скачать ноты произведений Сергея Боткевича >>>

МЫ ВКОНТАКТЕ - Подпишитесь, чтобы не пропустить новинки